XIII-я межрегиональная научно-краеведческая конференция «Человек и камень»

21-22.05.2021 г.

XIII-я межрегиональная научно-краеведческая конференция «Человек и камень»

Посвящена 60-летию выхода в свет книги А. Г. Булаха и В. А. Франк-Каменецкого «Геологическая экскурсия в окрестности Питкяранты» и 60-летию Питкярантской геологической практики

Темы докладов и выступлений:

— история горного дела Карелии, Ленинградской области, Кольского полуострова и Финляндии, памятники горно-индустриального наследия, история геологических и географических исследований в Карелии, Ленинградской области и на Кольском полуострове,  природный камень в архитектуре городов, туристические маршруты (геологические, экологические и др.) по Карелии и др. регионам

  1. Отдых в Доме творчества композиторов «Сортавала»: «Кругосветка». Гаттунен Л. В.

  2. Историческая каменоломня мрамора «Калккисаари». Борисов И. В.

  3. Коллекция мраморов Ладожского и Онежского озер в собрании Горного музея. Боровкова Н. В.

  4. История самоцветной карты «Индустрия социализма». Л. Р. Колбанцев,

Отдых в Доме творчества композиторов «Сортавала»: «Кругосветка»

Гаттунен Любовь Валентиновна,

краевед, пос. Хелюля

Путешествие вокруг лесных озер и ламбушек – небольших озер – в окрестностях Дома творчества «Сортавала» композиторы называли «кругосветкой». Для первых музыкантов, отдыхающих в этих местах в 1950-е годы, географические названия на финском языке оказались трудными для произношения и запоминания. Незнакомую местность мечтали как можно скорее освоить для прогулок и походов за грибами и ягодами.

Залив Кирьявалахти с высоты гор. Фото Борисова И.В.

Кто-то, раздобыв финскую карту, все важные лесные озера и ламбушки перевел под копирку на бумагу и дал им новые названия, характеризующие, по мнению композиторов, отличительные черты этих водоемов, а не точный перевод названий. Местная топонимика закрепилась на самодельной карте следующим образом. Озеро Питкяярви превратилось в Харловское, так как находилось рядом с населенным пунктом Харлу. Его еще называли Горным. Леппясенлампи стали называть по фамилии семьи Балабошко, жившей на берегу этого озера в послевоенное время. Ристиярви превратили в Фадеевское, по фамилии семьи, жившей у озера в 1940-е годы, второе название – Крестовое, потому что напоминало форму креста. Два озерца Пиени Кайслалампи и Кайслалампи, соединенные протокой, напоминали форму очков, и назывались Очки. В Тёрисевалампи водились караси, и его прозвали Карасево, а Халилампи – Окунево, Лохилампи – Рачье. Матолампи нарекли озерцом Фей за очень романтический вид, Хауккаярви – Красавицей за красивые и высокие отвесные скалы, ручей Ристиоя, впадающий в залив Кирьявалахти, – Черной речкой.

В «кругосветку» ходили обычно в июле, августе и сентябре по четырем маршрутам разной протяженности. Поход совершали семьями с детьми или большой компанией молодых людей, человек шесть-десять, редко – два-три человека.

Озеро Тёрисевалампи (Карасёво). Фото Борисова И.В.

Первый маршрут на семь километров пролегал вокруг пяти ламбушек, расположенных в ряд на северо-востоке от Дома творчества композиторов «Сортавала»: ДТК, Балабошко (Леппясенлампи), Карасево (Тёрисевалампи), Фей (Матолампи), Рачье (Лохилампи), Окунево (Халилампи). Если стартовали с левой стороны ДТК, то возвращались, обойдя все ламбушки, к даче №20, с правой стороны. В этот поход за грибами могли ходить и поодиночке.

Композитор Георгий Свиридов любил ходить на лесное озерцо Тёрисевалампи (Карасево). Там водились маленькие карасики. В воспоминаниях современников о Георгии Васильевиче читаем: «У него для этого была снасть – «морда», сплетенная из ивовых прутьев. Он ставил «морду» рано-рано утром, а вечером снимал. Знал также, где водятся угри, в тех местах ставил снасти на глубину – и огромных угрей ловил, отдавал в копчение» [1].

Одним из первых путешественников вокруг близлежащих ламбушек в Кирьявалахти стал инженер Изар Исаакович Городинский, который приезжал в эти места раз сорок, начиная с 1947 года и заканчивая серединой 1990-х годов. Впервые приехал в Карелию по приглашению фронтового друга Александра Михайловича Мацкина, руководившего в 1946—1947 годах Домом творчества «Сортавала». Изар Городинский был не из числа композиторов, поэтому всегда приезжал после окончания сезона отпусков, то есть в сентябре, и останавливался чаще всего в даче №20. Он тридцать лет проработал на НПО «Ленинец» в Ленинграде в должности начальника отдела испытаний, великолепно знал немецкий язык, много переводил как профессиональный переводчик – поэзию и прозу, в том числе первый перевел поэму «Имение Монрепо в Финляндии» немецкого поэта Людвига Генриха Николаи, владельца имения Монрепо под Выборгом.

Стихи Изар Исаакович не писал профессионально, но живописные окрестности Кирьявалахти настолько завораживали и очаровывали его, что он посвятил любимым, неповторимым ламбушкам, вокруг которых не раз путешествовал, короткие стихи, например:

У озера Балабошко

коричневой ножкой

величается гриб.

Белый мох, запах прели,

сухостоя скрип.

И чуть слышно бормочет,

наплывая на чёлн,

неуемное племя

балабошкиных волн.

И. И. Городинский

Возле озерца Балабошко (Леппясенлампи) композиторы собирали много грибов. По словам Ирины Александровны, дочери Александра и Александры Балабошко, по фамилии которых величают озерцо Леппясенлампи, композиторы часто интересовались названием этого места. Мечтали услышать душещипательный рассказ о судьбе графа или графини. На самом деле, глава семьи погиб на фронте в Великую Отечественную войну, а «графиня» поднимала шестерых детей одна. Вот этим и прославила озерцо, возле которого жила семья в 1946—1948 годах.

Композитор Валерий Васильевич Пьянков, отдыхая в Кирьявалахти, вспоминал о забавном происшествии на озерце Окунево (Халилампи), которое наблюдал в 2015 году. По этому поводу сочинил стихотворение «Маленькое озеро за сопкою» о том, как бобер пугал рыбака. По мнению отдыхающих, следующее озерцо Фей (Матолампи) небольшое, но очень романтическое. К нему лучше всего было идти по вечерней дороге от дачи №20:

Скользят, словно в танце, тени по озеру Фей.

Прелой листвой осенней накрыт ручей.

И усмехаются криво коряги теням вслед.

И меркнет неторопливо Заката свет.

И. И. Городинский

Озеро Матолампи (Фей). Фото Борисова И.В.

Красивая дорога ведет мимо озерца Фей (Матолампи) за высоковольтную линию, на одну из гор, где есть огромный камень, выше человеческого роста, это результат появления в наших краях ледника. Молодые «сортавальцы» несколько десятков лет назад разрисовали стойкими красками этот камень в виде черта. Нарисовали ему глаза, ушки, зубы. Камень получился колоритный. С тех пор отдыхающие стали совершать замечательные прогулки к «Черту».

Самым популярным озерцом среди композиторов считалось Рачье (Лохилампи). От автобусной остановки Кирьявалахти до Рачьего (Лохилампи) ходьбы всего минут двадцать по широкой утоптанной тропе и затяжному подъему в гору. Весь взмокнешь, пока дойдешь по настоящей тайге до места, выкупаешься, вода ведь теплее на два градуса, чем в Кирьявалахти, и – идешь обратно счастливый. Походы на Рачье (Лохилампи) были чуть ли не ежедневные, потому что это излюбленное место купания семей композиторов.

«Кругосветка» протяженностью в десять километров вокруг Крестового озера (Ристиярви) представляла собой следующий маршрут: ДТК – Балабошко (Леппясенлампи) – Крестовое озеро (Ристиярви) – Черная речка (Ристиойя) – ДТК.

Композитор Валерий Васильевич Пьянков оказался весьма наблюдательным и бесстрашным путешественником на этом маршруте. Мог неожиданно вынырнуть из кустов и увидеть парочку лосей в метрах двадцати от себя. Все дружелюбно смотрели друг на друга, а потом животные скрывались в гуще деревьев. Он любил забираться в самые глухие места Крестового озера (Ристиярви), осторожно шел с шестом по болотистым местам, где мох со сплетенной травой прогибался под ногами. Однажды набрел на скалу с водопадом примерно 2,5-метровой высоты (водопад-порог Верхний Ристикоски в истоке ручья Ристиоя). Он спускался в глубокие расщелины горы Росвокаллио (горы Разбойников) – в самое страшное место. Видел любопытных рябчиков, которые не собирались улетать, пока он около песчаной дороги в глубине леса собирал белые грибы. Это удивительные места!

Два следующих маршрута «кругосветки» рассчитаны на дальние расстояния – на пятнадцать и двадцать километров. Иногда поход на дальние расстояния мог занимать более суток и был не для слабых! Елизавета Арташесовна Туманян, армянский композитор, и ее подруга Нина Николаевна оказались самыми спортивными, в кругосветке шли быстрее всех. Это было сущее испытание на выносливость, некоторые не могли осилить дорогу, доходили только до одного из лесных озер и возвращались, но нужно сказать: таких смельчаков было немало, кто по десять километров обходил «кругосветку».

В «кругосветку» на пятнадцать километров отдыхающие отправлялись рано утром, примерно в 7-8 часов, по тропинке от дачи №20 и по затяжному горному подъему доходили до Фей (Матолампи), пересекали высоковольтную линию. Этот путь составлял минут 35-40. Дальше прямая дорога без подъема вела мимо Черта до Очков (Пиени Кайслалампи-Кайслалампи). Здесь композиторы Валерий Пьянков и Юрий Воронцов вместе с Изаром Городинским частенько встречали серого зайца, не пуганного в лесу. По тропинке в направлении Очкового озерца (Пиени Кайслалампи-Кайслалампи) всегда тишина, вдоль дороги высокие заросли папоротников и совсем неожиданно в метре от любителей природы могли с шумом взлететь громадные птицы – не то глухари, не то тетерева, и низко над землей улететь в лес. Видели семьи лосей, попадались гадюки, рябчики на ветках удивлённо следили за путниками.

Если протяженность «кругосветки» составляла двадцать километров, то от Красавицы (Хауккаярви) отправлялись на север к самой высокой точке Северного Приладожья – горе Петсеваара. Вид с вершины горы изумительный. Финны в начале XX века установили там смотровую вышку, с которой был виден весь Кирьявалахтинский школьный округ и «семь церквей – в Сортавале Риеккалансаари, Рускеале, Соанлахти, Суйстамо, Импилахти и на Валааме» [2]. Отважные смельчаки, вроде композитора Валерия Васильевича Пьянкова, забирались в 70-е годы по шаткой лестнице наверх. К сожалению, в настоящее время лесной массив закрывает этот чудный вид, и вышка уже не существует.

Затем отдыхающие следовали к озеру Питкяярви (в переводе с карельского и финского «длинное»). Композиторы называли его Горным, или Харловским. Вскоре возвращались к Рюттюоя (Каменной реке) и от нее следовали по пути предыдущего маршрута.

Всегда счастливые и довольные, путешественники едва успевали в этот или на следующий день вернуться к ужину в Дом творчества композиторов. Полные сил и бодрости, они рассказывали захватывающие истории о своих приключениях. Впечатлений хватало, говорили они, на целый год.

Автор выражает благодарность заслуженной артистке России Татьяне Ивановне Мелентьевой и композитору Валерию Васильевичу Пьянкову за представленные материалы по данной теме.

Список литературы:

  1. Георгий Свиридов в воспоминаниях современников / Сост. и коммент. А.Б.Вульфов; авт. предисл. В.Г.Распутин. – М.: Молодая гвардия. 2006. – С.124-125.
  2. Культурное окружение северного побережья Ладожского озера. – Центр окружающей среды Финляндии. 1998. – С. 149-150.

 

Историческая каменоломня мрамора «Калккисаари»

 Борисов Игорь Викторович,

ученый секретарь

Место расположения

Мраморная каменоломня «Калккисаари» расположена на небольшом островке (80×150 м) с тем же названием (в прошлом — Аресаари, Йоен, Ювень, Кивисаари) Ладожского озера, в 14 км на восток от г. Сортавала, в 200 м от материкового берега, напротив п. Лесозавод (Хийденселька), в 1 км от устья реки Янисъеки.

Координаты (6.07.2013): средняя часть: 61042,495/ с.ш., 30058, 135/ в.д.; северный борт карьера: 61042,507/ с.ш., 30058, 146/ в.д.; восточный борт карьера: 61042,504/ с.ш., 30058, 173/ в.д.;северо-западная часть карьера: 61042,520/ с.ш., 30058, 113/ в.д.

Краткая геологическая справка:

На о. Калккисаари на поверхность выходит толща доломитовых мраморов (видимая мощность 30-40 м, простирание субширотное, падение в южных румбах, угол падения 30-400), которая согласно перекрывает амфиболовые, амфибол-биотитовые сланцы и скарнированные карбонатные породы  Сортавальской вулканогенно-осадочной серии нижнего протерозоя. Мрамор слагает примерно 2/3 территории острова.

Для ювенского мрамора характерно переслаивание светло-серых, серовато-белых, белых и темно-серых, иногда с зеленоватым оттенком слоев мощностью от первых сантиметров до 10-20 см. Обусловленный такой текстурой четко-полосчатый или волнисто-полосчатый «черно-белый» рисунок ювенского мрамора хорошо заметен издали, чем, вероятно, объясняется его высокая популярность как декоративно-облицовочного камня в конце XVIIIв.

              Мраморный остров Калккисаари. Фото Борисова И.В., 2009 г.

При близком рассмотрении в мраморе обнаруживается неоднородное строение грубых темно-серых слоев, в свою очередь, представленных тонким чередованием светло-серых и темно-серых прослоек. В последних нередко встречаются агрегаты темно-зеленого лучистого актинолита и более светлого тремолита, придающих мрамору местами зеленоватый илизеленовато-желтыйоттенок и лучистое строение. С актинолит-тремолитовыми агрегатами иногда связана тонкорассеянная пиритовая  минерализация, снижающая качество мрамора.

Интересное описание ювенского мрамора оставил в 1839 г. инженер В.П. Соболевский. Он пишет, что «ювенский мрамор, подобно Рускольскому… имеет кристаллическое сложение и местами заключает в себе слюду, роговую обманку и лучистый камень. Там, где мрамор слудист или содержит много роговой обманки и лучистого камня от правильного расположения их в виде полосок, он кажется полосатым, разделенным на тонкие слои серого и белого цвета. Белые слои состоят из чешуйчатого и довольно чистого доломита, а серые – это мрамор, проникнутый частичками роговой обманки и лучистым камнем. Полосы простираются и падают как и окружающие мраморную толщу слоеватые породы под 6 и 7 часов, склонением на 350 к юго-востоку…» (Соболевский В.П. Обозрение Старой Финляндии и описание Рускольских мраморных ломок. Санкт-Петербург. 1839).

«Вихри» ювенского мрамора. Фото Борисова И.В., 2008 г.

Ювенские мраморы хорошо обрабатывались, полировались, но многие исследователи XIX – XX веков отмечали их невысокое качество по сравнению с другими карельскими мраморами:весьма ограниченные запасы камня, структурно-текстурное однообразие (всего один «сорт») мрамора, повышенная трещиноватостьмассива и др.

В западной части о. Калккисаари целиком сложен мраморамипочти не затронутыми горными выработками. На одной из расчисток виден  светло-серый мрамор с красивым рисунком, таким же, как в часовне «Знамение Богородицы» на Валааме. На северном борту каменоломнив мраморе отмечено большое гнездо серого кварца длиной до 0.5 м; рядом – участок с большим количеством актинолита и тремолита. Интенсивность гамма-излучения в этом месте составляет 13-15 мкр/час.

Историческая справка:

Возможно, что на о. Калккисаари мрамор («известковый камень») стали добывать местные жители (д. Йоенсу) для жжения строительной известиеще в первой половине XVIII в. Тогда этот остров называли Аресаари (также писали — Аренсаари, Арезааре).  В августе 1765 г. здесь побывали знаток карельских минералов сердобольский (сортавальский) пастор Самуил Алопеус и  подмастерье каменных дел Андрей Пилюгин, приехавший из столицы. Они осмотрели мрамор и взяли несколько проб. Почти через год, в конце июня 1766 г., на о. Аресаари Пилюгин при помощи местных жителей заложил опытную каменоломню, в которой было добыто около двух десятков  блоков, по-осени (в сентябре и октябре) отправленных в Санкт-Петербург. Эту каменоломню, как и весь остров, вскоре стали называть Йоенской (Йоен) или Ювенской (Ювень) по имени близ лежащей карельской деревни Йоенсу (в переводе – «устье реки»).  В 1767 г. Ювенскую ломку осмотрели горные чиновники из Санкт- Петербурга — капитан Кожин и полковник И. В. Зверев. Подобные работы тогда проводились и на Рускеальском месторождении мрамора (Алопеус С.  Краткое описание мраморных и других каменных ломок, гор и каменных пород, находящихся в Российской Карелии. Санкт-Петербург, 1787).

19.01. 1768 г. вышел в свет указ Сената за подписью Екатерины II: «Об изготовлении мрамора и дикого камня на строение Исаакиевской церкви в Кексгольмском уезде, погостах Сердобольском и Рускеальском с устройством там шлифовальных мельниц» (РГИА, ф. 1310, оп. 1, п. 50, л. 18-19, 1786).С 1769 г. в юго-западной части о. Ювень началась добыча  мраморадля Санкт-Петербурга.Здесь впоследствии образовалась глубокая траншея – «Главная выработка». Уже в XIX в. добычные работы (преимущественно на известь) сместились к востоку, и охватили почти весь остров.

С 1769 по 1796 гг.Ювенская каменоломня находилась в ведении «Конторы строения Исаакиевской церкви», но в этот период поставляла мрамор не только для убранства Исаакиевского собора (1768 — 1780-е гг., А. Ринальди), но и для других сооружений Санкт-Петербурга. Так, ювенский мрамор пошел на изготовление колонн портика и вестибюля бывшего дома графа Апраксина (1770-е гг.), стенных филёнок и наличников дверей парадной лестницы великолепного Мраморного дворца (1768 — 1784 гг., А. Ринальди), половых и подоконных плит Зимнего дворца (1770-е гг., И. Старов, А. Ринальди и др.). В небольшом объеме ювенский мрамор, вместе с рускеальским мрамором был использован Антонио Ринальди в сооружении верстовых столбов Царскосельской (1772 — 1775 гг.) и Петергофской (1777 — 1787 гг.) дорог, Чесменской колонны (1777 — 1779 гг.) и Орловских ворот (1772 г.) в Царском Селе.

С 1797 г. мраморной ломкой о. Ювень стал распоряжаться «Комитет по строению Михайловского замка», но тогда добыча камня на острове была ограничена. Император Павел I, спешивший с окончанием строительства  своей резиденции, повелел архитектору В. Ф. Бренна взять мрамор для облицовки замка с недостроенной Исаакиевской церкви А. Ринальди (Борисов И.В. Каменное ожерелье Ладоги. Санкт-Петербург: Макси-Принт. 2010. С. 45-49).

В 1803 г.Ювенская каменоломня перешла в ведение «Комиссии по строению Казанской церкви». Но добычи камня на острове практически не было.Ювенский мрамор, вероятно, пошел на украшение кафедры«Царского места» внутри Казанского собора (1801—1811 гг., А. Н. Воронихин).Примерно с 1805 по 1840 гг.каменоломня на о. Ювеньбыла заброшена.

На материковом берегу, напротив о. Калккисаари,  там, где сейчас находятся дома п. Лесозавод, в конце XVIII -  начале XIX веков находились казармы для рабочих Йоенской (Ювенской) каменоломни и дом для надзирателя за работами, приезжавшего из Рускеала.

Добыча мраморных блоков на о. Ювень осуществлялась буровзрывным способом так же, как и на Рускеальских каменоломнях. Отсутствие «вскрышных» пород облегчало работы. Вначале горняки проходили в подножье забоя «подкоп» (горизонтальный ров). Для этого тяжелыми молотами и «железными буравами» длиной около 70 см и диаметром 2.5 см вручную (один рабочий держал бур, другой бил по буру молотом) пробивали  в породе отверстия (шпуры), периодически заливая в них воду для удаления шлама и охлаждения инструмента. Таким образом два человека выбуривали в мраморе от 2 м до 3 м шпуров в день.

После того, как нужное количество шпуров было пробурено, их высушивали, заряжали порохом и поджигали («отпаливали»). После проходки «подкопа» также вручную высверливали шпуры сверху скалы вдоль природных трещин на глубину 2-3 м. Эти шпуры тоже заряжали порохом, подрывали, в результате чего от скалы отваливались грубой формы «штуки» (блоки) мрамора.

Затем эти блоки пассировали каменотёсы – обрабатывали простыми горняцкими инструментами (молотами, зубилами, бучардами и т.п.), придавая заготовкам нужную форму. Особенно большие блоки при необходимости с помощью бурения и расклинивания разделывали на части.

Природная трещиноватость породы позволяла получать блоки небольших размеров, но иногда в Йоенской ломке удавалось выломать монолиты длиной до 2-3 м и сечением 0.5×0.5 м.

При добыче и обработке мраморных блоков оставалось много окола, щебня и бракованных блоков, и эти отходы использовались местными жителями и монахами Валаамского монастыря для жжения строительной извести в конце XVIII– начале XIX вв.В восточной части о. Ювень даже была  небольшая обжиговая печь (ее руины до сих пор сохранились).

В 1839 г. заброшенную Ювенскую каменоломню посетил В.П. Соболевский и оставил такую запись. «Огромный разнос по выломке мрамора затоплен был озерною водою, на противоположном берегу Ладожского озера видны еще развалины деревянных казарм для рабочих. Работы не производились многие годы… Доставка ювенского мрамора к Петербургу по причине его выгодного положения на самом Ладожском озере была бы дешевле, чем Рускольского, но он, к сожалению, ни по прочности, ни по обширности не может соперничать с последним (Соболевский В.П. Обозрение Старой Финляндии и описание Рускольских мраморных ломок. Санкт-Петербург. 1839).

Примерно в начале 1840-х годов Валаамский монастырь возобновил на о. Калккисаари (тогда он назывался Кивисаари) заготовку «известкового камня» (мрамора). Теперь технология добычи мрамора была немного иной – скалу вручную разбуривали  по падению слоев и затем подрывали. Точно не известно, была ли эта добыча мрамора законной, принадлежала ли ломка на о. Кивисаари Валаамскому монастырю?

Документально известно, что 08.04.1868 г. игумен Валаамского монастыря Иоанн Дамаскин отправил в Сердобольский городской суд письмо следующего содержания: «Остров Кивисари … необходим для ломки известкового камня собственно для надобностей Валаамской обители. Этот остров исстари назывался монастырским, что дает думать, что он принадлежал Валаамскому монастырю, и …  монастырь пользовался  прежде с него камнем; почему я имею честь покорнейше просить Сердобольский Городской Суд благоволить сделать зависящее распоряжение о предоставлении Валаамскому монастырю права безденежно пользоваться для его надобностей известковым камнем острова Кивисари».

Только в конце июля 1869 г. канцелярия Валаамского монастыря получила  из Сердобольского уездного суда письмо, в котором говорилось, что данный вопрос находится вне компетенции упомянутого суда (Архив Ново-Валаамского монастыря. Д. 39 «О том, чтобы было дозволено сему монастырю пользоваться камнем с о. Кивисаари». 1868 — 1869. 3 с.).

09.09. 1869 г. настоятель Михайло-Архангельской церкви Кительского прихода Алексей Шепелевский, по поручению управляющего чугуноплавильным заводом Люпикко отправил на Валаам письмо, в котором сообщал, что люпикковские заводчики просят руководство Валаамского монастыря разрешить им брать на острове Кивисаари мраморный щебень за определенную плату. В октябре того же года игумен Валаамского монастыря Дамаскин ответил люпикковским заводчикам, что «Валаамский монастырь по причине производившихся у него построек, не находит возможности предоставить заводу пользоваться щебнем на острове близ Ювенсу» (Архив Ново-Валаамского монастыря. Д. 30 «Касательно ломки камня на о. Путсаари и Тилку принадлежащих сему монастырю». 1869—1870. С. 5, 6.).

Таким образом, можно предположить, что остров Кивисаари (Калккисаари) с имеющимися на нем залежами мрамора во второй половине XIX в. находился в аренде или собственности Валаамского монастыря. В бывшей Ювенской каменоломне монахи добывали не только щебень для извести, но также блоки – для украшения  монастырских зданий.

Из ювенского мрамора на Валааме выполнены различные сооружения и их элементы: часовня «Знамения Богородицы» (1862 г., А. М. Горностаев); оформление кувуклии церкви Андрея Первозванного (1901 — 1906 гг., В. И. Баранкеев) в Воскресенском скиту; цокольный поясок и полы церкви Преподобных Отцов в Посте и Молитвах просиявших (1876 г., Г. И. Карпов), цокольный поясок колокольни и столбы ворот на Игуменском кладбище (1876 г., Г. И. Карпов); цоколь и базы колонок часовни «Крестных страданий Господа» (1842 г., К. Брандт); цоколь Святых Ворот монастыря; фриз иконостаса Спасо-Преображенского собора (1887—1896 г.г., А. Силин, Г.И. Карпов и др.);цоколь ограды со стороны алтаря собора (1892 г.); декоративные вставки Владимирского моста (1861 г.); стенки колодцев в скиту Всех Святых и в  скиту Воскресения Христова  и т.д.

Ювенские мраморы нашли себе применение и на других островах Ладожского острова, принадлежавших Валаамскому монастырю. Из этого камня выполнены: стенки колодцев в скиту Св. Пророка Илии (о. Лембос) и в скиту Пр. Авраамия Ростовского (Емельяновы острова); внутренняя отделка часовни скита Иоанна Предтечи; подоконники церкви Св. Александра Невского (о.  Св. Германа).

Гимном ювенскомумрамору на Валааме является часовня «Знамение Богородицы» (или «Царская»), построенная по проекту архитектора Алексея Максимовича Горностаева 1862 г., «в память высочайшего посещения Валаамского монастыря Их Императорскими Величествами Государем  Императором  Александром Николаевичем и Государыней Императрицей Марией Александровной с их Августейшим семейством» 28 июня 1858 года(написано на медальоне часовни).

В статье, опубликованной в 1865 г. по поводу этого события, приведены такие восторженные слова: «День посещения Валаама Августейшими Поклонниками для Валаамских монахов, по выражению Настоятеля… был как бы днем Святой Пасхи. Велика радость для сердца Русского видеть своего возлюбленного Царя Батюшку хотя бы издали, хотя бы мгновенно, но видеть его во всем возможном для пустынника величии земной славы, видеть его во всем лучезарном блеске благочестия Христианского, видеть Его Благочестивейшую супругу, Его Благотворных детей, видеть всех этих дрожайших, священнейших Особ, лицом к лицу… это … для Валаамских монахов было верх земной радости».

Часовню освятили в 1865 г. На ее строительство ушло 7504 рубля 95.5 копеек серебром, в том числе 5000 рублей – на добычу, транспортировку, обработку и установку изделий из камня (Архив Ново-Валаамского монастыря. Д. 46 «О напечатании статьи «Царская часовня на острове Валааме». 1865—1867. С. 1-3.).

Кажется, будто часовня вытесана из огромной глыбы черно-белого волнисто-полосчатого мрамора. На самом деле она составлена из множества фигурных блоков, точно подогнанных друг к другу. В облике постройки ощущается дыхание древнерусской архитектуры суздальской эпохи. Рисунок ювенского мрамора в резных колоннах и полуколоннах, декоративных арках и  апсиде часовни — контрастный и приятный глазу. Мрамор здесь окрашен в черный и белый цвета, но иногда содержит темно-зеленые прожилки и гнезда силикатных минералов. Крупные, слабоволнистые полосы, заметные даже издали, радуют глаз, успокаивают и настраивают на молитву.

Правда, в старой  монастырской литературе мрамор, из которого построена часовня, почему-то называют «рускеальским» (Борисов И.В. Природный камень ладожских островов в архитектуре Валаамского Спасо-Преображенского монастыря // Вестник Университета Дмитрия Пожарского. № 1 (17). Москва. 2020. С. 46-67).

В юго-западной части о. Калккисаари, где производилась основная добыча  мрамора для Санкт-Петербурга, находился выложенный из бракованных блоков причал, к которому пришвартовывались сойма-боты и галиоты, приходившие из Санкт-Петербурга. Здесь добытые блоки грузили на суда. Транспортировка  ювенского мрамора до столицы была намного дешевле, чем из Рускеала или Тивдии.Мраморный окол для жжения извести, а также блоки вывозили на о. Валаам в больших грузовых лодках.

Свое современное название о.Калккисаари по-видимому, получил в конце XIX в. от финнов, что в переводе означает «известковый остров» (здесь добывали мрамор для производства извести). Путаница, возникшая в результате вековой трансформации названия острова (Аресаари – Йоенсуу- Йоен — Иовенсу- Ювенсу — Ювень -Кивисаари — Калккисаари) долгое время, вплоть до 1997 г., не позволяла установить истинное местоположение ломок ювенского мрамора.

Описание горных выработок:

Мраморная каменоломня на о. Калккисаари  выявлена Борисовым И.В. в 1997 г., неоднократно им посещалась и изучалась с 1997 по 2020 гг.

Ювенская каменоломня (карьер) представляет собой крупную полутраншею длиной 95 м, шириной 30-40 м, глубиной 2.5 – 12 м. В юго-западной части острова, на небольшом участке, выработка частично затопленаводой, на остальной территории —  покрыта нетолстым слоем мраморного щебня.

Карьер пройден в южной части возвышенности, первоначально поднимающейся на 5-10 м над уровнем Ладоги, и вытянут в широтном направлении вдоль острова по простиранию мраморной толщи. Суммарный объем каменоломни — до 10000 м3.

Северная часть острова осталась нетронутой, т.к. она сложена амфиболовыми сланцами и скарнированными карбонатными породами. Карьер открыт на юг и восток, а по северной и западной его границе проходит извилистый уступ высотой 1.5-3.5 м.

В юго-западной части каменоломня имеет наибольшую глубину (до 10-16 (?) м) и принимает форму траншеи, на 80-90% заполненной водой (площадь затопления: 30×15 м2). Эта выработка («Главная») вытянута с северо-запада на юго-восток на 35 м, при ширине 17-20 м и глубине 5-12 (?) м. Ее северный борт высокий (8-9 м над уровнем воды в траншее) и круто наклонный, остальные — намного ниже (1-3 м над уровнем воды). Именно здесь добывали  мраморные блоки для зданий Санкт-Петербурга с 1769 г. по 1780-е гг.

Узкая и невысокая перемычка мрамора отделяет «Главную выработку» от Ладожского озера. В конце XVIII в. подошва Ювенской каменоломни в западной частиуходила на 2-4 м ниже уровня Ладоги.Озерная вода по трещинам в скале и во время штормов поступала в каменоломню, но непрерывно выкачивалась из нее ручными насосами. Берега затопленной траншеи поросли густым кустарником и деревьями.

 Схема каменоломни «Калккисаари» (примерно 1:1000). Борисов И.В., 1997 г.

В центральной и восточной части карьер («верхний горизонт») имеет вид слабо наклоненной на юг полутраншеи, открытой с трех сторон, кроме северной, где расположен уступ высотой 1.5-3 м. Глубина этой части выработки — 2.5-4 м, а ее подошва  расположена на высоте 2-2.5 м над уровнем Ладожского озера.

240 лет назад дно «Главной выработки» располагалась на глубине 5-10 м ниже уровня Ладоги, а остальной части каменоломни – на высоте 2 м над уровнем озера, что явилось главной причиной остановки добычных работ на глубину.

Центральная часть карьера, где в основном брали мрамор на известь, завалена грядами щебня высотой 1-2 м, вытянутых в сторону озера на 20-30 м.

Северо-восточная граница выработки проходит по линии контакта мраморов с амфиболовыми сланцами и скарнированными карбонатными породами, в результате чего образовался скальный целик  длиной 15-18 м, шириной 1.5-2.5 м и высотой 3.5-4 м.

Северная борт каменоломни располагается в 1-4 м от линии контакта мраморов с амфибол-биотитовыми сланцами (азимут простирания  запад-северо-запад, падение на юг-юго-запад под углом 50-700). Совершенно нетронутой горными работами оказалась западная часть о. Калккисаари, представляющая собой мраморный останец шириной до 20 м и относительной высотой 5-8 м.

Продуктивный мраморный горизонт на о. Калккисаари был выработан практически полностью с поверхности, но еще большие запасы мрамора лежат ниже уровня Ладожского озера.

В западной части карьера на поверхности уступов видны следы наклонных (по падению слоев мрамора) шпуров диаметром 25 мм и длиной 0.5-1 м, оставшиеся в результате добычи мрамора на известь.

Каменоломня «Калккисаари» в восточной части. Фото Борисова И.В., 2010 г.

Вблизи «Главной выработки», в юго-западной части острова, под водой, у самого берега, можно увидеть небольших размеров блоки мрамора, которые когда-то были основой причала, впоследствии разбитого волнами. Здесь же, на берегу, сохранились вбитые в скалу железные штыри с кольцами, к которым раньшепривязывались суда.

К северо-востоку от карьера, в зарослях кустарника, сохранились развалины фундаментов обжиговой печи и хозяйственной постройки. Рядом – заросшие кустарником невысокие отвалы мраморного окола (Борисов И.В. Мраморный остров Ювень // Дорога горных промыслов. Карельский научный центр РАН. Институт геологии. Петрозаводск. 2014. С. 236-240).

Назначение объекта:

В 2000 г. мраморная каменоломня «Калккисаари» («Ювень») по инициативе Регионального музея Северного Приладожья получила статус памятника истории горного дела Республики Карелия. С 2019 г. о. Калккисаари  вошел в состав национального парка «Ладожские шхеры». В последнее время каменоломню изредка посещают небольшие группы туристов. Выход людей  на остров нежелателен в мае-июне, когда здесь гнездятся утки и чайки.

Список литературы

Алопеус С. Краткое описание мраморных и других каменных ломок, гор и каменных пород, находящихся в Российской Карелии. СПб. 1787.

Борисов И.В. Каменное ожерелье Ладоги. СПб: Макси – Принт, 2010, С 45-49

Борисов И.В. Мраморный остров Ювень // Дорога горных промыслов. Карельский научный центр РАН. Институт геологии. Петрозаводск. 2014. С. 236-240.

Борисов И.В. Природный камень ладожских островов в архитектуре Валаамского Спасо-Преображенского монастыря // Вестник Университета Дмитрия Пожарского. № 1 (17). Москва. 2020. С. 46-67.

Архив Ново-Валаамского монастыря. Д. 39 «О том, чтобы было дозволено сему монастырю пользоваться камнем с о. Кивисаари». 1868 — 1869. 3 с.

Архив Ново-Валаамского монастыря. Д. 30 «Касательно ломки камня на о. Путсаари и Тилку принадлежащих сему монастырю». 1869—1870. С. 5, 6.

Архив Ново-Валаамского монастыря. Д. 46 «О напечатании статьи «Царская часовня на острове Валааме». 1865—1867. С. 1-3.

Соболевский В.П. Обозрение Старой Финляндии и описание Рускольских мраморных ломок. СПб.1839 г.

РГИА, ф. 1310, оп. 1, п. 50, л. 18-19, 1786.

 

Коллекция мраморов Ладожского и Онежского озер в собрании Горного музея

Боровкова Наталья Валерьевна,

старший научный сотрудник,

кандидат искусствоведения,

Горный музей Санкт-Петербургского горного университета

В Горном музее Санкт-Петербургского горного университета на протяжении нескольких лет проводится изучение личной коллекции императрицы Екатерины II, более столетия считавшейся полностью утраченной. Основу ее составили объекты естественной истории – минералы, горные породы, палеонтологические образцы и пр.Кроме того, значительную часть коллекции составляли образцы декоративного камня – пластины яшм, порфиров, мраморов из разных регионов Российской империи, представляющие интерес не только для геологов и работников музеев, но и для художников и искусствоведов, поскольку они являются важным источником сведений об основных видах природного декоративного камня, используемого в качестве материала при создании произведений искусства. В истории российского коллекционирования конца XVIII – начала XIX в. существует множество до сих пор не раскрытых страниц. Доклад позволяет приоткрыть некоторые из них.

Правление императрицы Екатерины II – важный период в развитии отечественного декоративно-прикладного искусства. Во второй половине XVIII в. в Петербурге активно возводились дворцы, особняки, храмы, общественные здания, в отделке которых использовались разные виды природного декоративного камня, добытого на месторождениях открытых в тот же период. Вторая половина XVIII в. отмечена ростом художественного производства. С начала XVIII в. в России стали создаваться многочисленные минеральные кабинеты, при этом некоторые из них систематизировались и описывались. Значительными тиражами стали издаваться каталоги минеральных кабинетов, предлагаемых к приобретению. В 1744 –1745 гг. вышел в свет один из первых каталогов музейного естественнонаучного собрания Кунсткамеры. Увлечение минералогией становилось повсеместным. Этой страсти были подвержены многие представители высшего общества России, но законодательницей, несомненно, являлась Екатерина II.

Факт существования личного минерального кабинета подтверждают многочисленные письма императрицы и свидетельства современников. Так, в1790 г. Екатерина II писала Мельхиору Гриму: «Мой музей в Эрмитаже состоит, не считая картин и Лоджий Рафаэля, из 3 800 книг, четырех комнат, наполненных книгами и гравюрами, 10 000 резных камней, приблизительно 10 000 рисунков и собрания естественнонаучного, заполняющего две большие залы» [Георги И.Г., 2014]. Основой собрания стала  минералогическая  коллекция известного немецкого натуралиста  академика П. -С. Палласа, которую императрица приобрела в 1786 г... Впоследствии именно Палласу было поручено систематизировать имевшееся в Эрмитаже собрание и составить его подробный каталог [Свиньин П., 1816].

В 1798 г., после смерти императрицы, по распоряжению Павла I выпускникам Горного училища – обер-бергмейстеру и св. Владимира 4-й степени кавалеру Ильману и маркшейдеру Рижскому под руководством хранителя минерального кабинета училища П.И. Медера было поручено перевести с немецкого на русский язык каталог естественнонаучной коллекции Екатерины II. В общей сложности они переписали сто сорок восемь листов, за что получили семьдесят четыре рубля (50 копеек за лист).

Каталог состоял из трех книг в красных сафьяновых переплетах с золотым обрезом, исполненных переплетчиком Иоганном Мейером. Все три тома каталога Императорского минерального кабинета до сих пор хранятся в отделе рукописей Государственного Эрмитажа.

В личной естественнонаучной коллекции императрицы Екатерины II имелось несколько более мелких коллекций декоративных камней из различных регионов Российской империи, включая и образцы «проб» мраморов из ломок Ладожского и Онежского озер. В каталоге 1798 г. упоминаются 64 «пробные дощечки всех родов финляндского мрамора из различных копей межу Онежским и Ладожским озерами, при Русколе, Тивдиеве, Гушневолоке, Ивановской горе, Калиострове, Сердополе, Ювенске, Кривозерске, Соломинке и проч.».На страницах каталога 1811 г.имеются две записи о собраниях проб карельских мраморов: под №№ 171 – 172 – дословно повторена запись каталога 1798 г. для 64 «дощечек», а также под №№  189– 296 сто восемь дощечек «пробных финлядских мраморов разных цветов с четыремя планами в особом ящике в своих местах за стеклами» (ОРГЭ. Ф. 1. Оп. 6л. Д. 1а). В центре каждого такого планшета располагались карты берегов и островов Ладожского и Онежского озер, выполненные пером с указанием тех мест, откуда были взяты помещенные в планшете образцы мраморов.

В настоящее время в фондах Горного музея выявлены 4 планшета, в центре которых размещены карты Ладожского и Онежского озер с указаниями мест взятия проб, на каждом планшете смонтировано по 16 проб мраморов. На оборотной стороне каждой пластины нанесены черной краской номера, соответствующие каталогу Эрмитажного собрания 1811 г., в диапазоне номеров 189-296, а также номера, нанесенные красной краской на оборотную сторону некоторых пластин, обозначающие номер пробы, обозначенный на карте. Картына планшетах наклеены на деревянную основу,выполнены пером на бумажной основе и, вмонтированную в планшеты. Кроме них в в музее хранятся пластины мраморов квадратной формы, на оборотной стороне проставлены чернилами номера по каталогу 1811 г. и на некоторых имеются надписи с обозначением мест взятия проб из разных регионов России, включая Урал. В современном собрании Горного музея всего в настоящее время насчитывается около 90  «проб» мраморов с номерами эрмитажной коллекции.

Георги И.Г. Эрмитаж Ея Императорского Величества / комментарии М.О. Дединкина // Эрмитаж Ея Императорскаго Величества. СПб.: Изд-во Гос. Эрмитажа, 2014. С. 30 – 281.

Свиньин П. Достопамятности Санкт-Петербурга и его окрестностей. Ч. 1. СПб.: Тип. В. Плавильщикова, 1816. – 113 с.

История самоцветной карты «Индустрия социализма»

Л. Р. Колбанцев,

заместитель директора

Центрального научно-исследовательского

геологоразведочного музея им. Академика Ф. Н. Чернышева,

Санкт-Петербург

Несмотря на обилие, как правило, восторженных газетных публикаций и упоминания в таких изданиях, как «История русского искусства» или «Советское декоративное искусство, 1917—1945 гг.», история памятника практически не исследовалась. Встречающиеся в литературе описания Карты повторяют таковое, приводимое в книге А. Е. Ферсмана и относящееся к 1941 г.

Карта представляет собой мозаичное панно размером около 6 на 4,5 м, площадью 26.6 кв. м, состоящее из 98 основных секций, членение которых произведено по линиям параллелей и меридианов с шагом в 10 градусов. С помощью винтовых соединений секции закреплены на каркасе из дюралюминиевых тюбингов. Вес карты – 3 500 кг.

Панно выполнено в технике флорентийской (территория СССР) и русской (территории зарубежных стран и акватории) мозаики. Набор, состоящий из более чем 45 000 пластин цветного камня толщиной 6 мм, наклеен на текстолитовую основу, толщина которой составляет 20 мм.

Мозаика воспроизводит физико-географическую карту страны масштаба 1:1 500 000, цветовая гамма отражает высоту местности над уровнем моря. Для изображения суши использованы яшмы, отдельные низменные участки и речные долины выполнены из амазонита; акватории и гидросеть – из забайкальского и памирского лазурита; снежные вершины Кавказа и Тянь-Шаня – из благородного опала; Северный морской путь от Мурманска до Владивостока и линии каналов –обозначены ограненными аквамаринами в серебряной оправе; государственная граница выполнена широкой полосой из родонита и сургучной яшмы; дрейф полярной станции «Северный полюс – 1» показан крупными топазами и фенакитами, а его начальный и конечный пункты – крупными ажурными серебряными звездами с ограненными кристаллами горного хрусталя в центрах; красный флаг на Северном полюсе выполнен из искусственных рубинов, а складки на нем – из альмандинов; города и населенные пункты обозначены позолоченными серебряными звездами. Москва обозначена рубиновой звездой в позолоченной серебряной оправе, серп и молот в центре звезды украшен 17 ограненными алмазами, надпись «Москва» выполнена из искусственных рубинов; надпись «Ленинград» — из александритов; названия столиц союзных республик выполнены из натуральных ограненных изумрудов.

Для изображения достижений за 20 лет Советской власти: промышленных предприятий, месторождений и т.д. использованы: альмандины (электростанции и строительные предприятия); аметисты (текстильная и кожевенная промышленность); горный хрусталь (бумажная промышленность и полярные станции); изумруды (лесная и деревообрабатывающая промышленность); лунный камень (химическая промышленность); синтетические рубины (металлургия, топливная промышленность, машиностроение). Камни оправлены в серебряные касты. Платинированным серебром выполнены параллели и меридианы, а также линии железных дорог.

Идея создания Карты принадлежала Г.К. Орджоникидзе; работа над ней была начата 3 мая 1936 г. Изготовление Карты было поручено Тресту «Русские самоцветы», работы производились на Ленинградском заводе по обработке камней-самоцветов, Свердловской гранильной фабрике и Петергофском заводе технических камней.

В конце 1936, в разгар работы над Картой, было принято решение представить ее на Всемирную выставку в Париже. До открытия выставки оставалось всего пять месяцев, и сроки изготовления Карты были сокращены на полгода. В Ленинграде срочно собрали камнерезов и ювелиров — 667 человек, они работали, находясь на казарменном положении. В апреле 1937 работы были завершены.

Парижская выставка открылась 24 мая 1937. Карта под названием «Индустрия социализма» экспонировалась в первом зале советского павильона, посвященном Конституции СССР, и заслужила немало восторженных отзывов посетителей. Решением жюри выставки Карта была награждена дипломом «Гран-при», как и скульптура В. Мухиной «Рабочий и колхозница», и еще более 90 экспонатов. Надо отметить, что в то время значительно больше внимания уделялось более утилитарным экспонатам, как автомобили, паровозы, проекты зданий и предприятий. При перечислении награжденных экспонатов Карта даже не упомянута.

Далее было решено демонстрировать Карту на Всемирной выставке в Нью-Йорке в 1939. Однако в 1937—1938 гг., в стране появились новые города и промышленные объекты, что требовало внесения дополнений в нагрузку Карты. Кроме того, в феврале 1938 г. завершился дрейф полярной станции «Северный полюс-1», что рассматривалось как крупнейшее достижение Советской науки, как «завоевание» и «покорение» Северного полюса.

На Карту нанесли дополнительно около 1000 новых обозначений промышленных объектов, все надписи переведены на английский язык. Чтобы показать маршрут экспедиции Папанина, пришлось надстроить верхнюю часть Карты на 750 мм, что значительно увеличило ее площадь. При этом нарушилось композиционное равновесие – произошло «сползание» основного декоративного пятна вниз. Такая дисгармония компенсировалась чисто художественными средствами: северная часть Ледовитого океана была набрана постепенно светлеющим лазуритом, что стало в дальнейшем трактоваться как изображение ледового покрова.

Всемирной выставки в Нью-Йорке открылась 30 апреля 1939. В корреспонденциях из Нью-Йорка среди наиболее привлекательных экспонатов часто упоминалась и мозаичная карта.

В то же время, предполагалось, что карта будет выставлена на выставке «Индустрия социализма», в Москве. Были даже выпущены путеводители и каталоги с указанием места ее размещения. Однако, после возвращения из Нью-Йорка в 1940 обнаружилась необходимость проведения реставрационных работ. Кроме того, требовалось и частичное изменение содержания, в связи с появлением в составе СССР новых республик (аннексия Прибалтийских государств, Западной Украины, Западной Белоруссии и Бессарабии) и изменением положения границы с Финляндией.

Во время войны и блокады карта, по устным свидетельствам очевидцев, была эвакуирована в Свердловск. А в 1946 она была передана в Эрмитаж. Предполагалось превращение Большого тронного (Георгиевского) зала Зимнего Дворца в зал Советского Союза, при этом на тронном подиуме устанавливалась мозаичная Карта СССР, а над 16 парами беломраморных колонн должны были разместиться 16 мозаичных гербов (СССР и 15 Союзных республик).

Карта индустриализации не отвечала парадно-торжественному характеру задуманной экспозиции, а показ всех индустриальных объектов воспринимался как «пособие для шпионов». Поэтому при проведении очередных реставрационных работ было решено восстановить карту как политико-административную. С Карты была снята вся экономическая нагрузка и нанесены около 500 названий населенных пунктов и их обозначения в виде пятиконечных позолоченных звезд с синтетическими рубинами. Были изменены обозначения государственной границы СССР, сняты границы между зарубежными государствами.

Карта была установлена на тронном подиуме Георгиевского зала; открытие зала состоялось 2 мая 1948. Карта экспонировалась в Эрмитаже до 1982 г. В течение этого времени проводились лишь профилактические реставрационные работы и вносились отдельные изменения, связанные с переименованием (Сталинград – Волгоград) или возникновением новых (Целиноград) городов.

В 1982 г. в связи с капитальным ремонтом Георгиевского зала Карта была демонтирована, а в 1988 передана в ЦНИГР музей. Перед установкой карты в ЦНИГР музее с октября 1988 г. по июнь 1989 г. проводились небольшие реставрационные работы. Был также отреставрирован и герб СССР. Остальные 11 гербов Союзных республик реставрации не подвергались. Карта экспонировалась в ЦНИГР музее без нагрузки, т.е. без значков промышленных предприятий. К началу 21 века она уже обветшала, стали осыпаться детали, сильно деформировалась текстолитовая основа.

Последняя реконструкция проводилось с 2006 по 2012 год, силами «Царскосельской янтарной мастерской». Основная работа заключалась в замене текстолитовой основы на кровельный сланец, в результате чего карта стала на полтонны тяжелее. При этом была восстановлена «Экономическая» нагрузка, что потребовало большой творческой работы коллектива музея, поскольку данных о расположении значков промышленных предприятий у нас не было.

В настоящий момент отреставрированная карта экспонируется в ЦНИГР музее.

Оставить комментарий

Ваш email адрес не будет опубликован.Поля обязательные для заполнения *